Пишу мемуары, рассказы, повести, миниатюры, эссе, фотографирую пейзажи.

+7 (980) 310- 86-49

"Постарайтесь
получить то,
что любите,
иначе придётся
полюбить то,
что получили".

Бернард Шоу.
Главная \ ПРОЗА \ ИГРЫ С МИНУВШИМ Гл. 10 Димка-невидимка.

Димка-невидимка

27 

 

Из дневниковых записок:

1964-й

«Через открытое окно - хруст льда под ногами прохожего, писк воробьев, детские крики, шум проезжающей машины... Как же отрадны эти живые звуки!

... В библиотеке выписала из журнала «Новый мир»:* «…Жизнь - в вечном походе. Она подобна путешествию в горах: взобравшись на одну вершину, обнаруживаешь перед собой крутой склон, а за ним цепь еще более высоких пиков и кажется, что нет им конца и предела. Но заветная звезда всегда впереди…» Арсений Великовский. «Певец сражающейся истины».  

А у меня нет «заветной звезды» и не знаю: что мне нужно от жизни? Может, прав Николя, когда пишет: «Не кажется ли тебе, что ты оторвалась от действительности и хочешь найти себя в дебрях философии? Как же иначе понимать твои слова, что дети тебя раздражают, семья требует жертв? Если это плоды философии, то брось ее! Ведь ты умная, здоровая, красивая и кому, как не тебе, радоваться жизни? Галя, выходи замуж и будь счастлива!»

Замуж… Но ведь чтобы выйти замуж, надо полюбить!

... Сегодня пришла на работу и на фоне окна увидела весьма симпатичный силуэт. Оказалось, взяли нового   ассистента режиссера, Зовут Димитрием. Первое впечатление: симпатичный, не глупый, наблюдательный.

... Была в ресторане на юбилее нашего редактора. Приятно замечать, что еще нравлюсь. Очень хотелось танцевать, танцевать!    

... Димка уже напрашивается в гости, но я не пригласила. Теперь избегает меня.»

 

Он приехал в наш город с женой актрисой и трехлетней дочерью. Во внешности не было ничего особенного, - правильные черты лица, серые глаза, чёлка над ними, - да и одевался серо, так что сразу не «зацепилась» за него, и моя симпатия к нему разгоралась постепенно, как тот костер, в который бросают хотя и смолистые, но сырые дрова.

 

«... Вчера был у меня маленький праздник, - приходили с бутылкой вина Саша-звукорежиссер, мой помощник Сережка и Димка. Думаю, что вот так, взяв с собой Сашу и Сережку, Димка и надеялся пробраться ко мне. Ну, что ж, не ошибся. Понемногу выпили. И было удивительно легко и хорошо с ними, а в конце... Стояли с Димкой на балконе, и он вдруг сказал:

- Знаешь, мне кажется, что ты из тех, кто всегда ставит перед собой барьеры и мужественно их преодолевает.»

 

И как высмотрел эту мою черту характера так быстро? Помню, в детстве, когда брат наконец-то собрал из двух старых велосипедов один, который мог ездить, то я почему-то выбирала тропы, тропки, тропиночки, в то время как мои подруги просто носились по асфальту. Так что сидит во мне такое и до сих пор.

 

«Димка - шутки, Димка - каламбуры, Димка - музыка, книги, - во всем он! Как-то сказал: «Ты слишком часто летаешь где-то. Попробуй жить настоящим, хотя бы несколько дней». И пробую. И многое тревожит, волнует, - росинки в траве, хвойные запахи леса после дождя, золотистые отблески луны на листьях березы, поскрипывание кузнечика, мелодия Жана Ферра*... Все это мимолетно, но глубоко, как и тогда, прошлой осенью в Горловке, в гостях у тётушки… Я сразу заметила его там, на танцплощадке, - высокого блондина с синими глазами, - и он пригласил меня на вальс. Потом вечерами приходили в рощицу, я садилась на скамейку, а он ложился на нее и головой - на мои колени. Боже, до чего же было сладостно вот так сидеть, перебирать его волосы и замирать от счастья влюблённости! Одно за другим всплывают мгновения: скверик, луна, я иду по бордюру тротуара, а он поддерживает меня за руку; сижу в глубоком кресле, а он, опершись руками на поручни, склоняется надо мной, смотрит в глаза, и вдруг я ощущаю себя совсем маленькой; у детской беседки целует меня порывисто, спешно, будто в последний раз… Так и случилось.

... Знала, что нравлюсь Димке, но вчера!.. И слова:

- Боюсь, что уйду сейчас, а ты все забудешь. Верь мне и помни, ради бога помни: никто тебя не будет любить так, как я!»

 

И до сих пор не стёрлось, не выцвело: вечер, мы идём с Димкой по аллее, навстречу – двое парней и один говорит другому, провожая нас взглядом: «Красивая пара…» Или: в ожидании эфира в холле я с кем-то играю в шахматы, и играю как всегда плохо, вот-вот всё закончится не в мою пользу и на этот раз, поэтому бросаю. Тогда садится Димка и доигрывает мою незаконченную партию с победой. И еще: отмечаем мой день рождения, Димка сидит напротив и держит в руке рюмку, а мизинец - в сторону. Знаю, что копирует меня, но у меня-то это получается непроизвольно, а он… Что хочет сказать? А потом все ушли, я помыла посуду, вошла в зал, а Димки и нет. Куда делся? Ведь не уходил! Тогда подбегаю к открытому окну: не выпал ли?.. ведь выпили… а пятый этаж! И вдруг слышу с балкона: «Ку-ку!» Сердце замирает: так, значит, по карнизу перебрался на балкон!? Молча иду в зал, открываю щеколды балконной двери, впускаю его и говорю тихо: «Уходи». Делает попытку обнять, а я – опять: «Уходи!» И потом несколько дней не разговариваю с ним.

 

«Вчера меня за руку укусила собака, а мне было почти радостно. Почему?

... Не могу забыть глаза его трехлетней дочурки, когда смотрела на меня и за руку тянула прочь. Все! Пусть больше не приходит! Мне будет легче, чем мучительная раздвоенность.

... Одна в квартире. Запах цветка «Ночной табачок», который Димка вчера сорвал с газона. Днем стоит увядший, словно утомленный, и кажется, что не воскреснет, а ночью опять смотрит звездою и пахнет, наполняет душу радостью и тревогой. Вчера, Димка: «Что же нам делать?» Его сейчас нет, он в Москве, потом будет еще дальше, - уедут в Целиноград. И останется только воспоминание о нём… такое же чуть уловимое и прекрасное, как запах этого ночного цветка.

... Переписка с Димкой:                                   

«Радость моя! Вот я и в Москве. Вчера весь день мотался по корпусам, зонам, этажам. Справки, справочки, справулички - исписал целый пуд бумаги. От беготни и огорчений три раза пообедал, чем нанес непоправимый ущерб своему бюджету, но в пять вечера все было кончено: я лежал. Плашмя. У себя в номере. В главном корпусе на Ленинских горах. Но уже в шесть, стоя под душем, пел: «Нам не страшен серый волк...». В восемь фланировал по ул. Горького, а в двенадцать спал. Галка! Это - наваждение! Мерещишься везде. И вчера весь день и сегодня... да и только что прошла мимо! Хорошая моя, страшно жаль, что ты - там, а я - здесь. Очень хочется быть с тобой и целовать тебя. Ради бога! Пиши мне!»

«Димка, милый! Совсем запуталась, поэтому не могу писать легко, с улыбкой, - это было бы ложью, - и очень трудно отмахнуться от себя. Хотела не отвечать тебе, но не могу… Удивительно, но твой цветок-табачок все еще живой, - вялый и утомленный днём, а ночью звездою светится и пахнет робко, волнующе… Скоро уеду на сессию… Ты знаешь, под утро приснился сон: я - на экзамене по психологии, и надо писать сочинение, а я ни бельмеса не знаю! С испугу проснулась, бросилась к учебникам и прочитала аж двадцать страниц!

Сегодня – твой первый экзамен, а посему буду ругать тебя, на чем свет стоит.  Говорят - помогает. Дорогой мой человече, пиши! Целую. Целую».                                        

«Галочка, солнышко, ты не сердись, что не сразу отвечаю и пиши мне, пожалуйста, каждый день, ладно? Спихнул историю и сочинил сочинение. Тридцать первого: «Это есть наш последний и решительный бой*…». Впрочем, может быть, я уже в ауте и тридцать первого мне споют: «Вы жертвою пали...». Но самое интересное, что меня абсолютно не волнует, что споют. Мысля логически, прихожу к выводу, что поступить в Университет было бы неплохо, но чувств не испытываю никаких, а посему учебники забросил и целыми днями слоняюсь по магазинам. Но хочется на Таганку, к Любимову. А в сентябре здесь будет Марсель Марсо*, японский балет, римская драма и еще много такого, что хотелось бы увидеть, но... Очень тоскую без тебя!  Обнимаю невероятно крепко, и еще крепче целую. И пиши каждый день».        

«Димка-невидимка! Это письмо оставляю «до востребования». Когда бы ни получил, но это случится раньше, чем увидимся, ибо через три дня еду в Ленинград поступать на режиссерское отделение и потом сразу же уйду в отпуск. Совсем нудно стало на работе - уехали навсегда Ванюша, Люда - не с кем и словом обмолвиться. Тоска! Сбежишь тут не только на сессию, но и к черту на кулички. Иногда страшно хочется видеть тебя, слышать. А ты далеко-о и будешь еще дальше. Видишь, получилось совсем тоскливое письмо, как у Ваньки Жукова*, только не хватает фразы: «Милый Димочка! Приезжай, забери мня отседова...» Пожелай мне удачи и, пожалуйста, поцелуй!»

... Еще раз перечитала «Маленького принца» Антуана Экзюпери*: «Единственная настоящая роскошь - это роскошь человеческого общения. Хорошо видишь только сердцем». И писатель прав.

... Снова пробовала жить по Димкиному, - только настоящим мгновением. Иногда получается и бывает хорошо, но потом снова поиск… поиск того, о чём никак не могу догадаться.

... В почтовом ящике нашла записку Димки: «Совсем не уверен: получишь ли мое послание? Но все же скажу: Галочка, мне бывает очень хорошо с тобой, но ты иногда делаешь мне больно. Зимой был случай «х» и это было чудесно! Потом - еще… после чего ты обаятельно улыбалась и делала вид, что ничего не случилось. Судя по всему, для тебя «это» - вроде насморка. А я болею. Галочка, солнышко, не будь тигрой полосатой! Не избегай меня! Мне постоянно хочется видеть тебя и говорить с тобой. Я без тебя очень скучаю. Напиши мне, пожалуйста, хотя бы «что-нибудь» до востребования. Очень крепко тебя обнимаю и целую».

Нет, не хочу продолжения!

... Одна в квартире. В батареях шумит вода. Хотел зайти Димка, но послушал меня и… Послезавтра – Новый год. Возле магнитофона лежит торт для мамы. Отколупнула от него шоколадку. Завтра иду на концерт Жака Дуваляна. Одна. Потом уеду в Карачев. Под правым глазом морщинка и никуда от неё не деться. Не верю в нужность и полезность того, что делаю на работе, значит, и тут - осечка. А, может, и к лучшему?.. что жизнь проходит в бесконечной и бессмысленной цепи хлопот? Как в дурмане. Этот самоанализ - мерзкая штука!

... Принесла из библиотеки - в утешение: «Как такового, смысла жизни нет. Жизнь каждого человека словно ковёр, который он плетет все свои годы. И чем человек сложнее, тем сложнее и красивее узор его ковра». Спасибо, Сомерсет Моэм*!

... Записка от Димки: «Галка! Как-то вечером, часов в одиннадцать, был возле твоего дома. Свет в окне горел. Хотелось зайти, помолчать вместе с тобой, но... Постоял, посмотрел и ушел. Балда? Но куда денусь? Все равно приду. Тогда не гони. И не говори ничего такого... Ладно»?

«Димка! Балда мой милый! Если бы это было так просто, как ты думаешь! Но все гораздо сложнее. А началось с глаз твоей дочки. Не желая взять, я отнимаю тебя, и после этого... Нет, не могу – дальше! Хотела уйти молча, не отвечая, но очень трудно… в одиночку. Нужно, чтобы и ты... Помоги!»

... «Страдание очищает людей, делает их красивее, благороднее. Страдая, они начинают понимать других, и только тогда узнают настоящую цену радости, когда пройдут через муки». Сомерсет Моэм.

... Только что был Димка… Нет, не хочу! Повторяю ему тысячи раз, а он только улыбается. Что делать? Барахтаюсь беспомощно и смешно.

... Уехал Димка. Навсегда! Стал родным и уехал. Разве можно вот так бросать человека? Накатывает тоска, трудно дышать.

... Прощалась с Димкой с самого первого дня, но не смогла привыкнуть. Больно ходить по улицам, - всё напоминает его и всё полно им. А его нет. А его не будет. Ни-ког-да!

... Достаточно было только слышать его, чтобы вокруг была гармония. Но его нет.»

 

Рядом с нашим домом, над оврагом, - роща «Лесные сараи». И роща эта - из вековых сосен, лип. Редко бываю здесь. Почему? Но вот сегодня… Почти час стою на проталинке, прильнув спиной к сосне и подставив себя солнцу. Тишина... Лишь иногда загорланят грачи, просвистят синички, но не слышу журчания ручьев, что уже скользят со склонов оврага. А передо мной - снежная полянка. Вот здесь, именно на ней когда-то сидели с Димкой. Сколько лет назад?.. Да, почти сорок. И была я тогда в красной короткой юбочке, черной, открытой кофте, и волосы - до плеч…  Как раз вот здесь и сидели, выбравшись из оврага, по которому пробирались босиком, неся обувь в руках, а потом обмывали ноги выпавшей росой. Ди-имка, где ты? И в этой ли юдоли?

 

*«Новый Мир» - ежемесячный толстый литературно-художественный журналов. (Издается с 1925 года).

*Жан Ферра́ (1930-2010) - французский композитор и поэт-песенник. 

*«Последний и решительный бой…» - слова из французского гимна «Интернационал».

*Марсель Марсо (1923-2007) - французский актёр-мим, создатель парижской школы мимов. 

*Ванька - персонаж из рассказа русского писателя Антона Чехов (1860-1904).

*Антуан де Сент-Экзюпери (1900-1944) - французский писатель, поэт и профессиональный лётчик.  

*Уильям Со́оерсет Мо́ом (1874-1965) - британский писатель.

Книгу «Игры с минувшим» в электронном или печатном варианте можно приобрести в магазинах издательства Ридеро - https://ridero.ru/books/igry_s_minuvshim/

 

обложка игры с минувшим