Пишу мемуары, рассказы, повести, миниатюры, эссе, фотографирую пейзажи.

+7 (980) 310- 86-49

"Постарайтесь
получить то,
что любите,
иначе придётся
полюбить то,
что получили".

Бернард Шоу.
Главная \ АНОНСЫ ПРОЗЫ \ Его путь к "Троице"

Его путь к Троице"

Его путь к Троице"

Посвящение моёму брату Виктору Семеновичу Сафонову, всю жизнь писавшему роман «Троицын день». (1928-2013)

А «смонтировано» (термин моей профессии режиссера) оно из воспоминаний, дневниковых записей и разговоров по телефону. 
ОТРЫВОК:

1982-й
Кажется, машина рядом с нашим домом забуксовала?.. Ага. Ой, ну конечно, он уже и трос к ней тянет, сейчас из лужи вытаскивать будет. А плуг… Гошу-то своего зачем выкатывает? А, ну да, что б к нему привязать и тащить…  Мотор включил… Трос как натянулся!.. и Гоша – вперёд, на дыбы. Махнул рукой и уже тащит кусок рельса. Зачем?.. А, вбивает перед Гошей, что б не ехал... Опять трос натянулся, да и Гоша, хоть и не поехал, но свой нос задрал… Ну, брось ты эту затею, у тебя ж еще столько и своих дел, а до поезда – уже с час! Нет, только заспешил… кувалдой - по рельсу раз пять… аж рубаха взмокла. Шофер идёт… моло-оденький такой:  
- Дядя, да ладно. Не надо, я сам как-нибудь…
Не знает, кого просит. Да не бросит он, не бросит! Вот, снова, – трос, мотор, Гоша взвыл…
Но вытянули!
Значит, не опоздаем к поезду.
 
И вот идем…  Брат – впереди, мы с Настюхой – следом… Какая семилетняя красавица моя племянница!..  Что-то хромает Виктор сейчас сильнее обычного, а впрочем… На спине-то - рюкзак, в руках сумка, портфель, - как всегда, овощи для семьи везет. Кожзаменитель-то на его куртке как потрескался!.. и брюки запылились, в пятнах каких-то, да и штанина носком прижата. Видик у него, конечно…
- Посмотрите, мой папка какой… - вдруг.
Настенька, мысли мои считала? 
 
Вот-вот – поезд.
- Ты «Плаху» Айтматова читал?  - Нет, не читал… А взглянул-то как! Не то сказала? - Когда мне, Галь? Я ж, как угорелый! – Да-а, не то сказанула, ведь знаю: крутится, как… -  В понедельник, после работы, с детьми сижу, когда Натали уходит к своей больной бабке. Во вторник еду к сыну в больницу. В среду - к мамке… надо ж ей воды наносить, дров нарубить? В четверг - опять с детьми. В пятницу - снова в Карачев…
Да, знаю, знаю! Прости. 
Вошли в вагон, сели. Ну, да, я – книгу, он - блокнот, карандаш:
- Только и пишу свой роман в поезде, только в вагоне моё время... мое счастливое время.
Ох, не выкатилась бы слеза!
 
Пишет, пишет… а как-то и в ЦК письмо написал: провинциальным писателям, мол, невозможно пробиться. Ну да, когда дочка в Москву за сапогами ездила, то там письмо и опустила, он-то сам уверен, что здесь его письма гэбисты перехватывают… А, может, и перехватываю, он же в своём романе не хвалит их, да и партию нашу «руководящую и направляющую» - тоже, так что…    
Странно! Но ответ получил: присылайте, мол, свою рукопись и её по их просьбе почитают.
Не послал, конечно...