Пишу мемуары, рассказы, повести, миниатюры, эссе, фотографирую пейзажи.

+7 (980) 310- 86-49

"Постарайтесь
получить то,
что любите,
иначе придётся
полюбить то,
что получили".

Бернард Шоу.
Главная \ ПРОЗА \ ВЕДЬМА ИЗ КАРАЧЕВА. Невыдуманная повесть. \ Теперя про коровку свою расскажу

Теперя про коровку свою расскажу

Мама в фуфайке и платке DSC_0077
А теперя про коровку свою расскажу.
И была она у нас, когда Виктор школу кончал. Он же во время войны не учился, а только потом… И как раз в тот год кончил десятый класс, и уехал работать в деревню учителем физкультуры и осталися мы с тобой. А еще помню, что как раз в тот год запретили дрова на базаре санками продавать и я увязалася за торфом ездить…
Ну да, когда и волки меня чуть с этим торфом ни съели, и в речке чуть ни утонула… Одурела, чтолича?  Чуть ни погубила себя, прямо в пропасть какую-то лезла.
А что ж, от бедности и забот человек дуреить.
 
Мы-то корову эту после Орла купили, и хоть старая уже была, недорого за нее отдали, но молоко давала и сено ела самое последнее, оборыши одни, да и то не всегда я их могла купить. А в эту зиму всё бардой* ее отпаивала, через неделю километров за десять к спиртзаводу её водила. Как напьется она там этой барды!.. Еле-еле назад идёть. Да и сама несу вёдра на коромысле, а в поле еще и жневнику* мешок надеру. Приташшу, отдышуся, а на ночь резь ей сделаю, бардой перелью, она и сыта.
 
Еще ходила в поле траву из-под снега добывать, или соломы какой старой, сена. Помню, Бережанские колхозники как-то подобрали стог, а подонки и осталися, так пойду вечерком, наберу их... А раз мужик какой-то застал меня да кричить:
- Ты чего сюда ходишь?
Но ничего, мешок не отнял, попугал только. Через какое-то время пошла опять… А как раз под Велик день это было и половодье уже начиналося, воду несёть и мсточек через речку еле дышыть! Но крыг* еще не было... не было крыг, а то бы я подумала: если свалюсь с мостика-то, то ухвачусь за крыгу и выплыву. И вот иду я по этому мосточку, а ветер!.. И мост-то подо мной весь ходуном ходить. Только я перебралася через него, а он... а он р-раз и сорвись в воду. Я как пала со своей ношей на коленки!.. и молиться: Господи, слава тебе, что сохранил меня! А то юркнула бы в воду эту темную, да там-то меня и нашли б прямо с ношей этой. Опомнилася чуть, глядь: мужик какой-то идёть. Куда деваться?..
Ну как же, а вдруг увидить меня? И если увидить, то ведь сразу подумаить: а-а, значить, мол, и вправду ты ведьма! Кто ж еще под Велик день ночью пойдёть сюда? Да спряталася за куст, отлежалася чуть на своей ноше, а потом уже и пошла домой.
 
И в другой раз... Там-то, где сейчас дачи, жневник хороший оставался. Пошла я, деру его из-под снега-то и вдруг: фью-ють мимо меня! Я так-то подхватилася, гляжу: мужчина ко мне идёть.
- Ну что ж ты лазишь по снегу-то? - А сам аж трясется весь. - Ведь чуть ни застрелил тебя! Думал, что волк.
- Что ж плохо целился? - говорю. - Да и еще раз пульнуть можно было.
А он:
- Не решился. Чувствовал вроде... - А сам так напугался! Ну, если б человека убил ни за что, ни про что! - Дети-то у тебя есть? - спрашиваить.
- А то нету… Тройка цельная!
- Ну что ж ты этот жневник дерёшь? - А там копнушка* неподалеку стояла, так он сейчас раз-раз, раскидал ее: - Бери, бери вот отсюда, снизу.
- Боюся, - отвечаю. - Ишшо схватють...
- Да какой чёрт ночью схватить? Кому это гнильё нужно-то, кто его караулить-то? 
И набрал мне мешок цельный, еще помог и на плечи поднять. Во, как бываить, милая.
 
Так-то с коровкой моей мы и жили, так-то зиму и протянули, а в апреле вышла она на огород, да и пала на ноги. Старая ж была... Да и близкое ль это дело по двадцать километров отхаживать за бардой! Вот она и не выдержала. Лежала прямо на огороде, и даже водички ей, бедной, нечем было согреть. С месяц, должно, там пролежала и отелилася даже. Молока, конечно, не дала, но я все ж попробовала её теленочка отпаивать и стала у соседки молоко брать, а она что ж, паразитка! Посымить с него сливки, а теленок пить и не хочить. Пришла к ней раз и говорю:
- Варь, ну что ж ты делаешь!
- Нет-нет, - глазами закрутила. - Не снимаю я, не снимаю.
- Да разве я не вижу, что это бурда, а не молоко, да еще и водой разбавленная.
И пришлося мне этого теленочка зарезать. Зарезали и коровку мою, а мясо... Она ж старая была, худая. Ни за что мясо это на базаре раскидала, и на том-то дело моё с коровкой кончилося... А теперь как вспомню об этой корове, так сердце кровью и обольется. Как же я мучила её, бедную! И как сама с нею мучилася. Но она, старая была и сдалася, а я помоложе, и вытянула.
 
А отбиваю от себя эти мысли страшные тем, что и людям-то тогда не слаще жилося. Коля-то наш... Он же в войну вначале на передовую попал, при самом фронте части их стояли. А тогда изобрели чертовину какую-то, чтоб огнём немцев палить. Повесють эту оружию солдату на плечи и теперь должен он с ней подобраться к окопу немецкому и поджечь его... Как будто там тараканы какие сидели! Да немец и высунуться им не давал, как какой высунулся, так и готов. Вот и лежали солдатики зимой в окопах этих по неделе голодные и холодные.
- Мы, - рассказывал, - как вылезем из них, так нас узнать нельзя было!
Из их отряда только двое в живых и осталося: кто погиб, кто замерз... свярнулся, должно, калачиком и замерз. Вы хоть в хате сидели, кое-как да накормлены были, а уж Николай мой бедный так настрадался, что и не приведи Господь!
Нет, не хочу, не хочу больше и вспоминать про всё это! Вот так-то поговорю с тобой, а потом на неделю и расстроюсь. И сердце болить, и заснуть не могу.
 
*Барда - отходы от выгонки спирта.
*Жневник – остатки стеблей злаковых культур.
*Крыга – глыба льда.
*Копнушка – небольшая копна сена.  

Повесть «Ведьма из Карачева» в электронном или печатном виде можно приобрести на сайте https://ridero.ru/books/vedma_iz_karacheva/